Крымский клуб фантастов
Главная
Авторы
Произведения
Журналы клуба
Книги
Фестиваль
Друзья клуба
Контакты



Главная страница сайта

Александр МИЛЮТИН
г. Севастополь, Крым, Украина

Предыстория "Консервов" - рассказ "Баночки"

КОНСЕРВЫ

Фантастический рассказ
      
      
       Витька держал в одной руке вспотевшую бутылочку пива, в другой – телефонную трубку. Трубка вещала голосом другана Стёпы:
       – Приятель, ты что на выходных делаешь? Может, на рыбалку рванём?
       – Не, Стёпа, не могу. Я крышу на гараже ремонтировать буду. Течет, зараза! Хочешь – подходи, заодно подсобишь маленько. У меня уже, правда, один помощник есть…
       – Да? – удивились на том конце линии. – И кто таков?
       – Дык сосед твой по подъезду Колька.
       – Опа! А как это так вы спелись, я даже ни слухом ни духом?
       – Так он у нас в гаражном кооперативе сторожем устроился. Уже второй месяц пошёл.
       – А ведь где Колька, там и пьянка… – с непонятной интонацией заметил Степан.
       – Ну… маленечко после работы… почему бы и нет? Крышу-то потом обмыть надо… А вообще, Колька сейчас держится, палку не перегибает – ему работа нужна, а председатель у нас в гаражах – строгий дядька, флотский отставник. Он этих сторожей за любую фигню дрючит. Так что… у нас всё будет мирно и культурно.
       – Я посмотрю на ваше «культурно»…
       – Значит, придёшь?
       – Ага. Моя лахудра к маме лыжи навострила, так что… Я с вами!
       Витька представил, как друг сейчас кривит рожу в адрес своей весьма стервозной половины, мысленно усмехнулся.
       – Вот и ладушки. Тогда, Стёпа, закуски какой-нибудь в своих любимых баночках прихвати.
       – Будет сделано! Не извольте сомневаться. Во сколько собираетесь?
       – Да к 11-ти подгребай, самое то будет.
       – Лады!
      
      
       – Ну, как, здорово получилось, правда?
       Три головы поднялись от походного столика с нехитрой сервировкой, разложенного перед воротами гаража, и посмотрели наверх, где верхушку крыши обрамлял только что установленный козырёк из новомодного пластикового шифера.
       – Да, уж, теперь не потечёт, а летом не так жарко будет.
       – За крышу. Нехай стоит, родная.
       Колян сделал символический жест, поднимая пластиковый стаканчик в сторону крыши. Потом чокнулся с товарищами.
       – А! Хорошо пошла! Что там у нас с закусочкой?
       – Да вот смотри, огурчики, салат, перец в томате…
       – Консервочки…
       – Магазинное?
       – Ну, магазинное. Но вкусное. Проверено.
       – И моё тоже зацените. – Колян открыл пластиковый контейнер, притаившийся на краю столика, и явил на свет перед собутыльниками четыре золотистые рыбёшки средних размеров. – Консерва домашнего приготовления. Рыба копчёная речная. Это мой товарищ делал. Сам.
       – А что за рыба-то?
       – Окунь, кажется.
       Степан отломил кусочек рыбной тушки. Попробовал.
       – Слышь, Коля! Не хочу тебя и твоего товарища обидеть, но рыба эта какая-то стрёмная.
       Виктор тоже провёл дегустацию. Степан выжидающе посмотрел на своего товарища.
       – Ну?
       – Кажись, ты прав, Витёк. Запах не тот, что у такой рыбы должен быть.
       – Много вы понимаете в этом, – сказал Колян обиженно. – Это настоящая… Полезнее, между прочим, ваших этих уксусных патиссонов.
       – Никто и не спорит, но то ж правильная рыба…
       – Ты, Коль, действительно, не обижайся. У меня живот слабый. Я лучше не буду рисковать.
       – Да и пожалуйста! Да и как хотите!
       Колька придвинул к себе охаянную рыбу и молча налил ещё по одной.
      
      
       Пятая по счёту доза беленькой ждала своей очереди. Банки с закуской пустели, наполовину опустел и лоточек с копчёным окунем, который Колян потреблял самолично. Зашёл разговор и о новой работе их приятеля.
       – Слушай, Колька, а как ты сюда устроился? – поинтересовался Степан.
       – Та, случайно. Одного сторожа отсюда попёрли… за пьянку. Но не просто за это… Он допился вроде как до зелёных чертей, в небе огни мерещиться начали. Ну и типа вакансия образовалась.
       – Смотри, как бы тоже не схлопотать…
       – Да ну! Я, во-первых, меру соблюдаю, а во-вторых, галюнами алкогольными никогда не страдал.
       – Ну-ну, – скептически отозвался Степка. – А что, если тебя под этим делом на посту заметят? – он пощёлкал известным жестом по горлу.
       – Не заметят, – самоуверенно заявил Колян, а потом добавил, уточняя: – Не сегодня, по крайней мере. Может, в другой день и мог кто начальнику стукануть, но в воскресенье вечером тут никого... Короче, всё путём!
       Он снова забулькал водкой по рюмкам.
       – Ну, а работка вообще… Ничо себе так? да? Сидишь или гуляешь, а деньги капают…
       – Та, разве это деньги, – вздохнул Колян. – Так… Слёзы. Но в чём-то ты прав. Работа тихая и без напрягов. Пока зима не придёт, по крайней мере. А там придётся снег сгребать, лёд колоть, дорожки посыпать…
       – А может, уже и не будет зимы, – вдруг философски заметил Витёк.
       – Это в смысле чего? Глобальное потепление?
       – Бери круче. В декабре конец света назначен.
       – Ой! Я тебя умоляю, – скривился Степан. – Мы этих концов уже столько пережили…
       – Не, я тоже слыхал, – неожиданно поддакнул Колян. – Декабрь этого года. Конец календаря майя…
       – Ага. И ещё планета эта… как её там… Нибера… или Нубиру…
       – Парад планет, смена магнитных полюсов, – брезгливо сморщившись, закивал Степан. – Бред всё это!
       – Может, и бред, – пожал плечами Витька. – Но я решил тушёнкой и прочим на всякий случай подзапастись.
       – Ты это что – серьёзно?
       – Знаешь, запас карман не тянет, – потупил он взор, не то стыдливо, не то сосредоточенно. – Я бы даже на всякий случай ружьишком обзавёлся, да денег на такой себе подарок не наскребу.
       – Ты ещё разрешение будешь полгода выбивать, – заметил Колян негромко, – у наших охотников с третьего ряда можешь спросить.
       – Мужики, вы чего!? – поднял брови Степан. – Вы во всё это верите?
       Витёк молча кивнул, а Колян сказал:
       – Не знаю. Как говорят в Одессе, «будем посмотреть».
      
      
       – Мужики, я это… – как-то кисло скривился Колян через полчасика, – пойду, наверное. Покормлю собак и вздремну перед ночью, пока тихо.
       – Ты утром сменяешься?
       – Ага. В восемь утра.
       – И что, ночью реально не спишь?
       – Да что, я совсем идиот, что ли? Сплю, конечно, но два обхода за ночь на всякий случай делаю. Тут всякое бывает.
       – Ну, тогда на посошок…
       – Не, мужики, хватит мне, пожалуй. Меня и так как-то чересчур колбаснуло. Вдруг председатель позвонит, а у меня язык заплетается. Хотя… – Колян со вздохом поднял бутылку с остатками водки. – По пять капель всего… Добьём!
       Они чокнулись, выпили. Колька попрощался, поднялся и, как-то чуть скрючившись, побрёл вдоль гаражей. Но далеко уйти он не успел. Степан зычно окликнул его.
       – Эй, Коляс! Рыбу свою забери.
       Словно нехотя, тот вернулся и молча сгрёб со стола лоток с остатками окуня.
       – Эй, с тобой всё в порядке? – поинтересовался Витька.
       – Нормально всё, – натянуто скривившись в улыбке, дежурный по гаражу поднял в прощальном жесте руку.
      
      
       На самом деле Коляну было совсем не так хорошо, как он хотел показать. Наоборот, ему постепенно становилось как-то весьма хреново, и причина этого была очевидна, но гордость не позволяла ему признаться перед друзьями. Рыба. Рыба, похоже, действительно успела испортиться, а выпитая водка лишь усугубляла положение. Дойдя до своей сторожки, Колян рухнул на койку, и вскоре его скрутил первый приступ. В животе забурчало, и тоскливая боль, словно распрямляющаяся пружина, стрельнула от пупка в стороны.
       Он кое-как сбросил ботинки и нашарил в углу серое солдатское одеяло.
       Через десять минут, свернувшись калачиком, Колька отрубился.
      
      
       Посидев ещё немножко в начинающихся сгущаться октябрьских сумерках, Степан и Витька, захмелевшие, но не так уж и сильно на этот раз, собрали столик, закрыли гараж и перед уходом заглянули в сторожку. Николая они обнаружили скрючившимся на узкой койке. Он грузно сопел, иногда прихрапывал и на оклики вошедших не реагировал.
       – О! Красавец! Посмотри на него, – совершенно не стараясь соблюдать тишину, пробасил Степан. – Уже дрыхнет.
       – Да не шуми ты, – сказал Витька. – Пусть человек отдыхает. Ты ж видел, как ему в конце поплохело.
       – Нечо было эту рыбу паршивую жрать, – Степан склонился над недавним собутыльником. – Колян, ты живой?
       Ответом ему было какое-то невразумительное бурчание.
       – Да, ничего. Оклемается. Пошли уже по домам, – подытожил Витька. – Я завтра с утра буду машину брать, зайду, проведаю. И пивка захвачу.
       – Да ему скорее не пиво, а лекарство от живота нужней будет. Блин, взрослый мужик, а порой как ребёнок… Угораздит же… Ладно.
       Они вышли из сторожки и плотно закрыли за собой дверь.
      
      
       Часов до десяти вечера Колян проспал хоть и беспокойным, но весьма крепким сном. Никто не беспокоил его снаружи, да и внутри ноющая боль взяла тайм-аут на какое-то время. Но потом… Потом Колян в полной мере испытал все прелести пищевого отравления: острые рези в животе, тошноту, слабость, озноб, дезориентацию в пространстве… В общем, колбасило его по полной. Он то сжимался в позу эмбриона, укрываясь с головой одеялом, то замирал, лёжа на спине и поглаживая свой вздувшийся живот, а то и вовсе сидел на кровати, покачиваясь в такт тикающим на стене часам. Временами он топал на улицу в деревянный нужник, пару раз совал голову под кран умывальника. Найденные в местной аптечке пол-упаковки активированного угля были быстро приговорены к употреблению.
       Боль начала как-то уходить лишь к середине ночи. Было бы правильнее в это время дать организму передышку и попытаться уснуть, но у Кольки с этим не срослось. В очередной раз потратив в деревянной будке пять минут времени и пару метров туалетной бумаги, он вышел на траекторию возврата в койку, но какой-то шум на вверенной ему территории привлёк его внимание. Николай по инерции остановился, прислушиваясь. Меньше чем через минуту звук повторился. Что-то происходило в последнем ряду гаражей.
       Учитывая весьма поздний час, как ни прискорбно, ситуация требовала проверки.
       Вообще в гаражах всякое бывало. Бывало, что владельцы боксов задерживались допоздна, занимаясь неотложным ремонтом или устраивая посиделки по типу их собственных. Или наоборот – приходили за машиной посреди ночи, собираясь в дальнюю дорогу или на маршрут. Дело-то житейское… Но в этот раз что-то не давало Николаю покоя. Через несколько мгновений он понял, что. Собаки! Местные четвероногие сторожа по кличке Бордюр и Карлсон с наступлением темноты обычно истошным лаем реагировали на любых посетителей, однако за последние пару-тройку часов Колян не слышал ни того, ни другого.
       Неприятное предчувствие кольнуло сердце. Идти проверять, да ещё в таком скверном полуживом состоянии, мучительно не хотелось, но деваться было некуда – если в его дежурство что-то случится, с этой работы его попрут под зад коленом.
       Кое-как он добрёл до сторожки и взял там фонарь. Мелькнула мысль прихватить ещё и ручку от швабры, стоящую в углу, но идея показалась ему глупой – какой из него, к чёрту, боец Шаолиня? Дунет кто – и Колян сложится. Вот если бы под рукой была «воздушка» или, на худой конец, баллончик с «черёмухой»… Но, увы, никто не считал нужным вооружать сторожа гаражного кооператива.
       Перед тем как отправиться на разведку, Колька позвал собак и даже для верности стукнул по миске, надеясь, что псы среагируют на знакомый сигнал кормёжки, но Бордюр и Карлсон и не думали появляться. Зато где-то в задних рядах что-то снова беззастенчиво брякнуло, и эхом загудела металлическая створка ворот.
       Колька матернулся, глубоко вздохнул и побрёл туда.
       За исключением загадочных ночных посетителей, орудовавших в последнем ряду, гаражный кооператив в этот час был мрачен и пуст. Редкие фонари наружного освещения чертили слабые размытые тени. Холодный октябрьский ветер шнырял вдоль проходов и тихонько пел в вентиляционных трубах гаражей. Кое-где посаженные на территории деревья шуршали уцелевшими листьями.
       От ветра Кольку бросило в колючий озноб, и он машинально поднял ворот куртки. С каждым шагом росло сомнение в том, что он поступает правильно. Да, обязанности. Да, долг. Да, страх перед наказанием или увольнением. Но на другой чаше весов затаился инстинкт самосохранения – вещь, пожалуй, более ценная, хотя и работающая сейчас с поправкой на принятый алкоголь.
       А ещё когда накатывал тошнотворный приступ слабости и в животе будто кто-то проводил кривой ножовкой, было банально на всё плевать.
       Но, переждав один такой приступ прислонившись к столбу, Николай всё-таки дошёл до последнего ряда.
       И остолбенел.
       Посреди ряда, заполнив собой весь проезд, стояло что-то чёрное размером с автобус. Скорее всего, это автобус и был, но какой-то странный. На месте колёс сбоку у него торчали метровые выпуклости, а крышу украшал обтекаемый горб не то багажника, не то кондиционера, не то вообще газового баллона. Необычные круглые окна этого загадочного транспортного средства были наглухо тонированы. Из всех возможных огней светились лишь бледные габариты, обрамляющие автобусную крышу. Но и их было достаточно, чтобы разглядеть номер над распахнутыми воротами гаражного бокса. «420».
       Колька почесал макушку. На его памяти хозяева гаража с таким номером объявились тут впервые. Впрочем, хозяева ли? В гараже наблюдалась деловая суета, и в щель между воротами и припаркованной машиной было видно, как грузят внутрь какие-то ящики и коробки. Работа шла без лишнего трёпа и даже вспомогательного матерного словца, но не совсем бесшумно. Периодически в ящиках что-то стучало и перекатывалось, да ещё и ветер, налетая на плохо зафиксированные створки ворот, гремел суровым железом.
       Нехорошее предчувствие при виде происходящего кольнуло Кольку под ребро. Неужели воры? Сердце застучало сильнее. Больше всего хотелось развернуться и уйти прочь, но Колян пересилил себя и на подгибающихся ногах сделал несколько шагов к автобусу, благоразумно стараясь при этом не шуметь.
        С более близкого расстояния он уже мог различить подробности, но это не помогло дать ответ на главный вопрос – хозяева это или воры? Ночных посетителей было трое. Один сутулый и лысый крепыш с большой головой без перерывов на отдых и перекур таскал туда-сюда груз, не давая себя толком рассмотреть. Второй клеил на эту тару какие-то ярлыки и старательно закреплял принесённое внутри «автобуса» чем-то вроде сетей и строп. Третий стоял в проёме и что-то фиксировал в небольшом планшетном приборе.
       На грабителей, обчищающих гаражные боксы, они не походили ввиду тщательности крепежа и учёта вывозимого груза, но добропорядочные граждане в два часа ночи обычно всё-таки спят по своим постелькам и по гаражам не шастают. Кроме того, Кольке не давало покоя необычное транспортное средство, которое, кстати, оказалось внутри гаражного кооператива несмотря на то, что въезд на территорию для габаритного транспорта на высоте двух метров перегораживал солидный шлагбаум, закрытый на замок. Получалось, что, пока он спал, эти товарищи зашли к нему в сторожку и без спроса сняли со стены ключ…
       Нехорошо это как-то. Однако его могли элементарно недобудиться…
       Из-за туч на минуту вынырнул надкушенный блин луны, и на Коляна накатило ощущение какой-то нереальности происходящего. Однако новый приступ боли в животе слегка отрезвил его и вернул к проблеме.
       Что делать?
       Возможно, он бы ещё долго стоял в осторожной нерешительности перед ярко освещённой щелью между автобусом и гаражом, но вдруг тот, что заносил данные в планшетный компьютер, остановился на середине проёма, и Колян узнал его.
       Продавец из магазина «Всякие вещи»!*
       Оба-на! Вот это встреча!
       Конечно, это ни фига не решало обозначенную проблему. Загадочные иностранцы, к которым время от времени захаживал Колян, чтобы выгодно сплавить стеклотару или какие-то антикварные вещицы, вполне могли оказаться попутно и мошенниками, и взломщиками. От них и в магазине при всей их вежливости веяло какой-то подозрительной мутностью, а в два часа ночи в безлюдном гаражном кооперативе – так и вообще… Но всё-таки Колян самую малость расслабился. Не нарики и не бандюки, с которыми вообще лучше не вести никаких переговоров, и на том спасибо. Кстати, как же зовут этого самого… и его помощника?
       Так и не вспомнив, Колька выдохнул, пожалев, что не может накатить для храбрости, и негромким срывающимся голосом позвал:
       – Эй! Не поздновато ли для…
       Он вдруг запнулся, не находя подходящего слова. Ситуация выходила весьма глупая и стрёмная. Но отступать было поздно.
       Тот, в котором Колян распознал продавца, а быть может, и владельца магазина «Всякие вещи», протиснулся через щель между «автобусом» и гаражными воротами. Как ни странно, но ему не понадобилось даже секунды, чтобы зрение привыкло к темноте после яркого света. И ещё он, в отличие от сторожа, ни капли не удивился.
       – А, Николай! Здравствуйте! Вы уж извините за беспокойство. Нам срочно понадобилось вывезти товар с нашего резервного склада.
       – Резервного склада, – повторил за ним ошеломлённый и растерянный Колян. – Ага.
       Ему как-то резко поплохело, и он опёрся рукой о стенку соседнего гаража.
       – Николай, вы нехорошо выглядите. Как ваше самочувствие?
       – Отравился, – буркнул Колян, раздосадованный тем, что собеседник вот так вот просто, с ходу, углядел, как его колбасит.
       – Ай-яй! Вам срочно нужно принять лекарство.
       – Да, наверное, – не стал спорить Колян, вспомнив, правда, что, кроме активированного угля, которого он заглотнул уже четыре таблетки, в сторожке ничего нет.
       – У меня случайно имеется как раз нужный препарат. Дэдра… То есть, Димитрий, ты можешь принести аптечку.
       – Сейчас, сэй Бэрра.
       Колян сделал вид, что не заметил непонятной игры в имена. «Дэдра», «Бэрра»… В магазине они так себя не называли. Димитрий – это да, а главного при клиентах помощник называл, кажется, Богданом.
       – Здравствуйте, Николай, – Димитрий… или Дэдра… появился подозрительно быстро, держа в руке небольшой кейс с нарисованным на нём красным крестом. Выглядел кейс покруче автомобильной аптечки, но сейчас для Коляна этот факт являлся как раз недостатком. Пошарпанной коробчонке, купленной для отмазки от гаишников, он поверил бы больше.
       Лишь несколько секунд покопавшись в «аптечке», Бэрра протянул сторожу упакованную в прозрачную капсулу ярко-жёлтую продолговатую пилюлю.
       – Вот, держите. Она специальная. Можно даже не запивать.
       – Для живота?
       – Да. Способствует детоксикации органов пищеварения.
       – Ладно.
       Колян разломил предложенную капсулу, но лишь сделал вид, что положил таблетку в рот. На самом деле жёлтая пилюля осталась в упаковке, которую он, сжав в кулаке, бросил в щель между гаражами. Кажется, обмана никто не заподозрил.
       – В самое ближайшее время вам станет лучше.
       – Ага, – Колян кивнул. – Значит, тут ваши вещи и вы их вывозите?
       – Конечно, – подтвердил Бэрра. – Вы не волнуйтесь…
       И в этот момент появился их третий.
       В проеме показалась лысая яйцевидная голова цвета слоновой кости с огромными ярко-желтыми глазами и шевелящимися усиками, произрастающими из центра лба. Сложения существо было человеческого и одето в человеческий комбинезон с кучей карманов, но длинные пальцы коричнево-серого цвета и изгибающиеся в обе стороны коленные суставы сразу расставляли все точки над «ё», даже если забыть про невероятную голову.
       – Фатанус! – окрикнул на высунувшегося Бэрра таким тоном, каким говорят «фу!» собаке.
       Существо издало серию свистяще-щёлкающих звуков, как показалось Кольке, вопросительной интонации. Дэдра в ответ просвистел-прощёлкал какую-то короткую последовательность звуков, и существо убралось восвояси.
       – И кто это у вас? – спросил ошеломлённый Колян, с трудом веря своим глазам.
       Бэрра и Дэдра изучающе смотрели на него и ничего не говорили.
       Шок на самом деле Колька преодолел довольно легко. И легко свёл воедино те странности, что числились за продавцами лавки «Всякие вещи» с самого начала.
       – Инопланетяне! Вы все – инопланетяне, – сделал вывод он и добавил, восторженно хмыкнув: – Я так и знал.
       Удивительно, но страха не было. Пока он стоял в темноте и думал о ночных посетителях как о ворах – был, а сейчас ему на смену пришло очевидное любопытство.
       Бэрра и Дэдра продолжали молчать. Мимика их лиц была скудна, но Колян и без этого понял, что попал в точку. И ещё понял, что пришельцы со своим третьим сильно прокололись. Учитывая то, какие меры конспирации они применяли в повседневной жизни, это было, по меньшей мере, странно. Понятно, что в два часа ночи в пустом гаражном кооперативе им не нужно было таиться так, как в дневное время, но всё-таки… Почему вообще понадобилось это существо, когда можно было бы за пол-литра нанять мужиков для погрузки, включая его самого. Хотя, возможно, Фатанус этот не просто грузчик, а по совместительству кто-то ещё. Но тогда какого фига не замаскировать его… Хм, такую халатность можно было объяснить, пожалуй, только спешкой. А если учесть, что дыма без огня не бывает…
       – Вы сваливаете, что ли? – нахмурившись, спросил Колька, проверяя свою версию. – Что происходит?
       Дэдра и Бэрра переглянулись, весьма удивлённые такой спокойной реакцией человека.
       – Да. Мы сворачиваем бизнес и улетаем, – сказал наконец Бэрра. – Древние предсказания сбываются. В Галактику возвращаются Предтечи. Мы называем их Зод`Чи.
       – Это ещё что за хрен с горы?
       – Ваши метафоры, Николай, очень трудно понимать, – Бэрра покачал головой. – Предтечи – очень древняя цивилизация, настолько развитая по отношению к любой из современных рас, что их можно считать Богами.
       – Да ну!? И это реальные существа?
       – Никто не знает, кто они, как выглядят, из какой планетной системы родом и – главное – куда привел их собственный путь развития за эти миллионы и даже миллиарды лет. Они ни с кем из известных нам цивилизаций в контакт не вступали…
       – Да и вообще считалось, что они давно… как это по-вашему… сгинули.
       – Однако по вселенной разбросано множество артефактов, подтверждающих не только факт их реального существования, но и их невероятные возможности.
       – А я думал, это вы – высокоразвитая цивилизация.
       – Мы, Николай, конечно, принадлежим к расе, чуть более развитой в техническом и социальном плане, чем ваша, но по сравнению с Предтечами…
       – Ну, хорошо, я понял. Ну, летят они, эти ваши Предтечи, или зодчие…
       – Зод`Чи.
       – Да какая фиг разница!? Я хочу сказать, что они прямо к Земле летят?
       – К сожалению, да, Николай. К Земле. Это вполне достоверная информация.
       – И чего? – уже не столь уверенно спросил Колян.
       Инопланетяне молчали.
       – Нет уж, выкладывайте, братцы! Что вам известно?
       – Мы на самом деле не столь осведомлены, но есть заслуживающие внимания гипотезы…
       – В некоторых источниках упоминается…
       – Да не томите, млин!
       – Хорошо, мы расскажем. Но правда не понравится вам, Николай.
       – Валяйте!
       – Зод`Чи создали в разных точках пространства несколько десятков планет… Богатых разнообразными ресурсами, как неорганическими, так и органическими. По всем меркам красивые миры с выверенной экологией.
       – И Земля – тоже?
       – Вы догадливы, Николай. Земля тоже из их числа.
       – Ну и ладно. У нас много разных теорий есть на этот счёт. Значит, Творец наш Боженька инопланетных кровей…
       – Можно и так сказать. Но есть насущная проблема…
       – Какая?
       – Некоторые учёные в Галактике считают, что эти искусственно созданные планеты – своего рода… У вас в языке, к сожалению, нет точного слова для описания этого понятия…
       – Батареи.
       – Да, отчасти батареи для зарядки или, может, консервы…
       – Чего!?
       – Да, Николай, увы! Эти планеты нужны им для пополнения запасов материи и энергии, необходимой для межпространственных перемещений.
       – Мы считаем, Предтечи путешествуют по другим Галактикам. Они вернулись лишь затем, чтобы отправиться дальше.
       – И чтобы подкрепиться? Так, что ли?
       – Примерно так.
       – И для этого им нужно слопать целую планету?
       – Мы не знаем, как именно будет происходить пополнение запасов материи и энергии, но любой из способов без сомнения будет означать гибель вашего мира.
       – Ни хрена себе! Армагеддон, значит! Апокалипсис! Тот самый?
       – Да. Именно поэтому мы улетаем.
       – Да я уже понял, – Колян махнул рукой на «автобус», затем почесал макушку. – Но разве не должны супер-пупер высокоразвитые цивилизации быть гуманными?
       – Теоретически, конечно, да. Но ваши… Да что уж там говорить, и наши жизни для великих – пыль. Мы все – лишь бактерии для них. Не тот уровень, чтобы принимать во внимание.
       – А какой-нибудь совет звёздных королей? Саммит галактических старейшин?
       – Нет, Николай. Вы не понимаете…
       – Я сейчас нарисую мысленную картинку, понятную вам.
       Перед его глазами в воздухе возникла проекция – стеклянная банка с этикеткой овощного салата или чего-то похожего. Продукт был явно испорчен. Желто-коричневую массу покрывали белёсые тельца маленьких червячков. На ободке сидело две маленьких мушки. Из темноты вдруг вынырнула рука, схватила банку и, чуть повертев, швырнула в мусорный бак. Но мухи, конечно, успели улететь.
       – Вам понятна наша метафора?
       – Ну, да. Все мы – мелочь пузатая, только вы – с крылышками. А земля – испорченная консерва.
       – В принципе правильно, – кивнул Бэрра. – Рад, что вы поняли.
       – И вы, кстати, сами, наверное, того не зная, справедливо подметили один важный момент, – отметил Дэдра. – «Испорченная».
       – В смысле?
       – Как считают наши учёные умы, на планетах, созданных Зод`Чи, не должно быть разумной жизни.
       – То есть?
       – Это значит, уважаемый Николай, что люди появились на Земле не по задумке Предтеч, а сами. Сами размножились…
       – Развелись, как черви. Я уже понял. Спасибо, что показали, – Колян нахмурился.
       – Не нам судить, конечно, но то, как сильно вы подпортили экосистему вашей планеты, служит подтверждением того, что к классу разумных существ вас отнести трудно.
       – И, стало быть, помощи нам точно ждать неоткуда?
       – Увы.
       – И когда всё это произойдёт?
       – Уже скоро. Через пару месяцев по вашему календарю, когда Солнечная система выстроится в одну линию с осью Млечного Пути. Мы полагаем, Зод`Чи считают это время идеальным для создания межпространственного портала.
       – Они что, сделают на месте Солнца чёрную дыру?
       – Нет, мы предполагаем, что для портала они используют небесное тело планетного типа, которое уже вошло в Солнечную систему. Ваши астрономы, если не ошибаюсь, называют его…
       – Нибиру?! – воскликнул догадавшийся Колян. – Вот те на! Как все сходится! – Колян аж обалдел от обрушившегося на него знания. – И что, эта дата была известна заранее?
       – Лично нам – нет. Иначе мы бы не открыли тут офис. Но ваши собственные учёные уверяют, что судьба Земли была предопределена ещё в незапамятные времена, что-то около 5 тысяч лет назад. И ваши предки, кстати, были в курсе.
       – Какие предки?
       – Многие. В частности, те, что жили на другой стороне планеты, в Центральной Америке. Вы их называете «народы Майя».
       – Ни хрена себе! Значит, всё правда!? Блуждающая планета. Календарь Майя. Конец света… Интересно, откуда эти папуасы могли знать?..
       – Скорее всего, Зод`Чи наведывались сюда с инспекцией. Возможно даже, обнаружив несанкционированное заселение их творения, они попытались провести санитарную очистку… Но не помогло.
       – «Санитарную очистку» – это как? – не понял Колька.
       – Всемирный потоп, – разъяснил Димитрий и вполне по-человечески пожал плечами.
       Сил на это ответить у Коляна уже не было. Широко раскрытыми глазами он уставился на Бэрру и Дэдру. Потом прошептал себе под нос что-то, состоящее из одних матерных слов. И уже следом нечто более вразумительное:
       – Вот это ни хрена себе! Нужно обязательно всё мужикам рассказать!
       Инопланетяне переглянулись между собой.
       – Бэрра, если инспекция по несертифицированным мирам пронюхает, что мы столько информации выложили аборигену, нас ждут большие неприятности. И тутошний конец света оправданием не будет. Я бы предложил стереть ему память.
       – Не беспокойся, Дэдра. В той таблетке, что я ему дал, содержится амнезиндиэтрил. Когда он проснётся завтра, ничего не вспомнит.
       – О, босс, вы предусмотрительны. Тогда всё в порядке.
       – Николай, мне жаль, что всё сложилось именно так. При других обстоятельствах мы бы продолжали сотрудничать. Ну а сейчас просим нас извинить…
       Они картинно раскланялись и вернулись в гараж, который благодаря их третьему помощнику, яйцеголовому уродцу, был уже почти пуст. Колян ещё несколько минут постоял на месте, переваривая всё услышанное и несказанно радуясь, что не принял таблетку, от которой наступает амнезия, – завтра же нужно будет рассказать обо всём и Стёпке, и Витьке… Да что там… Нужно идти в газету, на телевидение, предупреждать народ, бить во все колокола! Предупреждён – значит вооружён, как говорится. Мелькнула мысль, что можно было бы попроситься к инопланетянам, чтобы сбежать с Земли вместе с ними, но, во-первых, они не приглашали, а во-вторых… Что делать и как жить в чужом мире, без привычных вещей, без знакомых, да ещё и каждый день думая о том, что ты – единственный выживший из всего человечества? Колян помотал головой, сбрасывая наваждение. Нет, это никчемный и позорный вариант. Он разделит участь своего народа и своего мира, что бы ни случилось…
       Высокопарные героические мысли прервали желания очень даже низменные, можно сказать, примитивные. Живот вновь напоминал о себе кручёной скулящей болью. Колян бессильно вздохнул и направился, ускоряя шаг, к популярной этой ночью будочке.
       Он вышел из нужника через пять минут с твёрдым желанием вновь вернуться к инопланетянам и расспросить их ещё о чем-нибудь – о далёких планетах, о космических кораблях, о многообразии жизни где-то в недостижимых глубинах космоса. А в качестве повода обратиться к ним ещё раз можно сказать о шлагбауме, который Колян сейчас откроет для их «автобуса».
       Не успел, однако, Колька сделать и десятка шагов, как его привлёк странный не то скрипящий, не то шипящий звук, раздающийся как раз со стороны последнего ряда гаражей. Колян замер, интуитивно догадавшись, что бежать туда уже поздно. И действительно, спустя несколько мгновений из-за ломаной линии крыш показался взлетающий вертикально вверх тот самый «автобус». По периметру днища попеременно вспыхивали то белые, то красные огни, а в центре сиял молочно-белый столб света, погасший, едва объект поднялся на заметную высоту.
       – Ядрёна кочерыжка! – выдохнул Колян, провожая взглядом растворяющиеся во тьме ночи огоньки. – А я им шлагбаум открыть хотел…
       Задрав голову, он долго ещё глазел в очистившееся от облаков небо, где мерцали мириады звёзд и где далеко во тьме летела навстречу родной Земле чёрная глыба Нибиру. А потом он вернулся к себе в сторожку и, едва разувшись, упал на койку.
       Стресс, усталость, поганое состояние здоровья сделали своё дело. Через пять минут сторож Колян уже спал.
      
      
       Проснулся он оттого, что кто-то вошёл в сторожку. Скрипнула дверь, и на фоне светлого проёма появился тёмный силуэт. А за ним ещё один. Мало что понимая, Колян рывком сел на койке и начал отползать в угол.
       – Дэдра, Бэрра, не нужно! – запричитал он, почти повизгивая. – Не лезьте мне в мозг! Не стирайте память! Ну, пожалуйста!
       Фигуры замерли.
       – Колян, ты чего!? Это же мы!
       Голос принадлежал Степану. Колька узнал его. С трудом навёл фокус. Точно, Стёпка! И Витёк с ним. Колян облегчённо вздохнул и вытер со лба холодный пот.
       – Фух, мужики! Вы бы знали, что ночью было. Это полный абзац!
       – Э-э-э, – ошеломлённо протянул Степан, – сосед, ты вообще как?
       – Как чувствуешь себя? – в унисон отозвался Виктор. – Ты вчера под конец аж зелёный какой-то был.
       – Как чувствую? – Колян задумался, скосив глаза и будто бы прислушиваясь к ощущениям внутри организма. – Да ничего вроде. Сушняк только.
       – Держи, я тебе захватил…
       Витька протянул сторожу бутылку пива. Тот облизнулся, благодарно кивнул и отточенным жестом поддел пробку пряжкой собственного ремня. За один заход бутылка опустела почти наполовину.
       – Спасибо, – Колян вытер рукавом губы. – Самое то!
       Он поставил пиво на стол, спохватился:
       – А времени сколько?
       – Без четверти восемь.
       – О! Вы очень вовремя. Сменщик вот-вот заявится… Пошли!
       – Куда? – не понял Степан.
       – На место взлёта.
       – Куда?! – теперь уже Витька и Степан повторили вопрос вдвоём.
       – Да там такое ночью случилось! – повторил Колян, всовывая ноги в ботинки. – Пошли, посмотрим, как оно там… Со следами…
       Не став ничего объяснять, он накинул куртку и выскочил из сторожки. Приятелям ничего не оставалось, как последовать за ним. Бордюр и Карлсон, невозмутимо ожидающие возле пустой миски, завиляли хвостами, но внимания они не удостоились.
       – Коля-я? – вопросительно протянул Виктор вслед сторожу. – Нам вообще-то на работу ещё. И мне, и Вите. А ты тут в таком неадеквате…
       – Да какая уж теперь работа, когда жить всем пара месяцев осталась.
       – Чего!? – Его попутчики остановились как вкопанные и оторопело уставились на провожатого.
       – Что слышали. Правда всё это, про конец света, – Колян нервно махнул рукой. – Пошли, чего встали?
       – Тебе чего, кошмар после нашего вчерашнего разговора приснился? – предположил Стёпка, снова зашагав за сторожем.
       – Да какой там кошмар! Взаправду всё!
       – Коля, не дури! – попытался образумить его Витька. – Куда ты нас ведёшь?
       – Сейчас-сейчас…
       Они оказались в последней линии гаражных боксов, в которой по сравнению с воскресным вечером было весьма многолюдно. Народ выдвигался на работу. Ворота трёх или четырёх гаражей были открыты. Кто-то уже выехал и готовился их закрыть. Кто-то прогревал машину. Около 420-го бокса, однако, было пусто. Колян внимательно осмотрел запертые на обычный навесной замок ворота, потом метр за метром обследовал бетонное покрытие напротив бокса. Не заметно было ничего подозрительного. Никаких следов. Колян одновременно и приуныл, и восхитился:
       – Ай, молодцы! Ни выхлопа! Ни ожога! Даже пыль не сдуло. Свечкой взлетели, и всё шито-крыто!
       Стёпка с другом молча переглянулись и потом минуты три наблюдали, как их товарищ загадочно ходит кругами по бетонному проезду, наклоняясь к земле, подбирая с пола какие-то камешки, ахая, охая и что-то бормоча себе под нос.
       – Слышь, Витя! – Степан почесал макушку, наблюдая за этим странным действом. – У вас тут какое-то заклятие гаражного кооператива прямо. Сторожа с ума сходят. Один за другим.
       Витя не ответил, зато обернулся Колян:
       – Об чём это ты?
       – Сам рассказывал, что твой предшественник умом тронулся. Огни в небе видел. Теперь и ты…
       Колян застыл. Подвигал челюстью задумчиво.
       – Ха, так вот оно что. Борька тоже их видел. Ну, точно!
       – Кого видел?
       – Инопланетян.
       Виктор и Степан снова переглянулись. От внимания Коляна это не ушло.
       – Да вы не парьтесь! Вы их тоже видели.
       – Чего ты болтаешь? – возмутился Витька. – Где?
       – В Караганде! – парировал сторож с издевательской интонацией, но следом сразу разъяснил: – Это те чудаки из лавки «Всякие вещи».
       – Продавцы? – недоверчиво уточнил Степан.
       – Они самые.
       Колян вздохнул и, покинув место непонятных поисков, приблизился к товарищам.
       – Мужики! – обратился он к ним. – В общем, так. Задница нас ждет полная. Мне инопланетяне эти всё рассказали. Земля наша – это консервы для каких-то там сверхсуществ. И у консервочки нашей истекает срок годности. И когда эти их вселенские предки прилетят, писец нам придёт пушистый и окончательный.
       – Сожрут нас, значит?
       – Видишь ли, Стёпа, мне кренделя эти инопланетные сказали… Мы на земле нашей как черви помойные… Сами развелись без ведому хозяев… Так что не знаю, сожрут нас или того… дустом обработают. Не нужны мы никому, оказывается. Да и вообще разумными нас не считают там, – он махнул рукой, указывая в небо.
       – Колян… это самое… – неуверенно начал Степан, – тебе это не приснилось часом? А то мы вчера болтали про всякое такое, а тебе ночью плохо было. Вот и наложилось…
       – Ну, как вас убедить!? – всплеснул руками Колян. – Я клянусь, что так и было. Сваливают они. Закрывают лавочку свою и улетают отсюда подальше. Тут вот у них склад был какой-то резервный. Так они его подчистую и вывезли. На автобусе… Который, впрочем, не автобус, а тарелка летающая. Хотя он и не круглый, но так ведь их называют…
       – Автобус, который летающая тарелка? – повторил вслед за рассказчиком, кивая, Степан. – Ну, ты, Колян, и даёшь!
       – Ну, да! И грузчиком у них был ещё такой лысый с вытянутой головой… Не человек, точно я вам говорю. А меня они хотели памяти лишить, но я их таблетку выбро…
       Колян замолчал на полуслове и поднял вверх указательный палец.
       – О! Таблетка…
       Он метнулся к узкой щели между гаражными боксами «420» и «421», запустил туда руку. Какое-то время стоял на коленях, сгорбившись и напоминая молящегося мусульманина, затем с победным кличем поднял руку вверх. В пальцах у него блестел какой-то небольшой смятый комочек. Колян осторожно, словно священную реликвию, развернул его и показал товарищам. В середине разломанной капсулы лежала продолговатая жёлтая пилюля, с одной стороны чуть размякшая то ли от слюны, то ли от росы.
       – И что? – Степан и Виктор смотрели на таблетку с недоумением.
       – Это оно! Доказательство! – даже обиделся Колька.
       – Ну, и какое же это доказательство, а? – Стёпка обречённо вздохнул. – Коля, приди в себя!
       Сторож насупился.
       – Не верите, да? Думаете, я с ума сошёл или «белочку» словил? Да я клянусь вам, что так и было! Витя, ну хоть ты… Вчера ж говорил, что в конец света веришь.
       – Ну, дык… В конец света верю, вернее, апокалипсис всемирный… метеорит там громадный, например… а в инопланетян… чего-то не очень.
       – Да ну как же… Я вчера здесь видел их… как вас сейчас.
       Он умоляюще посмотрел на друзей, но те лишь отвели взгляд, и тогда сторож, обидевшись окончательно, развернулся и понуро побрёл к сторожке, где его уже, кстати, поджидал сменщик, заступающий на вахту.
      
      
       Колян, однако, не сдался. Через десять минут, которых едва хватило, чтобы открыть гараж с обновлённой вчера крышей и вывести из ворот «Волжанку», он появился снова. Решительной походкой направился к прогревающейся машине и, не реагируя на удивлённые взгляды товарищей, уселся на переднее пассажирское сиденье.
       – Мы поедем к ним и всё узнаем, – безапелляционно заявил он. – В лавку.
       – Коля, а не пошёл бы ты, а? – откомментировал Виктор его действия, до глубины души поражённый такой наглостью. – Ни в какую лавку мы не поедем. Мне нужно на работу. И Степана я обещал подбросить.
       – Да. Причём я уже опаздываю, – поддержал друга Степан, взглянув на часы.
       – Да как же вы не понимаете! – с горящим взглядом обратился к ним Колька. – Нас не будет скоро. И планеты нашей. А вы за работу свою хватаетесь. Узнать нужно как можно больше про всё это, пока они не отчалили с концами. И людям рассказать. И подготовиться.
       Витька начал звереть, сжал кулаки, но вдруг как-то обмяк и скривился.
       – Мужик, ты свихнулся, – резюмировал он с тоскою в голосе. – Ты самый настоящий шизик. И если ты не успокоишься, тебя примут под белы рученьки, и «Здравствуй, дурка!»
       – Хорошо. Вызовешь скорую прямо из лавки, если я не прав. Согласен?
       Витька аж замычал с досады. Скрипнул зубами, повернулся к молчавшему доселе Степану.
       – Стёпа, я чувствую, этот псих нас в покое не оставит. Давай я тебя до твоей рембазы подброшу, а сам с ним до этого магазина катнусь.
       – Да ладно, чего уж там. Сейчас мастеру позвоню, предупрежу, что задерживаюсь, и поехали. Все вместе.
       – Ну, Колька! Твоя взяла, гад! – Витёк зло сплюнул и пошёл закрывать ворота.
      
      
       Ехали молча, в напряжённой, словно наэлектризованной обстановке. Лишь однажды Витёк процедил сквозь зубы, непонятно к кому обращаясь: «Вот же угораздило!» – и рулил дальше. Прибыв на место, Колька выскочил из машины первым и торопливо огляделся.
       Со времени его последнего визита сюда в старом дворике ничего не изменилось. Нависающие балки недостроенного дома с одной стороны. Заколоченная обувная мастерская с другой. А рядом с ней – уютное крыльцо то ли магазина, то ли ломбарда, то ли лавки колониальных товаров. В этом месте Колян неоднократно сдавал стеклотару и кое-что ещё, даже не подозревая, что владельцы сего заведения – самые настоящие инопланетяне. Впрочем, что-то странное и неместное в них чувствовалось, но Колян раньше ограничивался мнением, что Димитрий и Богдан – просто иностранцы.
       Оказалось же всё… намного круче.
       Вот только Кольке сейчас никто не верил. Хотя и Витька, и Степан однажды видели хозяев лавки и тоже тогда удивлялись какой-то труднообъяснимой их чужеродности и диковинности. Но… этого было мало. Требовались настоящие доказательства. Именно поэтому Колька и решился на визит в самое их логово, причём по горячим следам. Конечно, ему было страшно. Ему было не по себе от разных жутких картин, которые рисовало его воображение, но если глубокой ночью, в одиночку, он справился с собой, то уж при свете дня, да в компании… В общем, страх беспокоил его не так сильно. Гораздо сильнее было чувство обиды от недоверия и ложных обвинений. Его друзья считали его или спившимся отщепенцем, или наглым вруном, а ведь ни то, ни другое не соответствовало истине. Следовало расставить точки над «ё». Ну, не мог Колька иначе.
       Поэтому, вперёд!
       Однако, едва ступив на крыльцо, Колька понял, что всё пропало. Он опоздал. Из окна, служившего витриной, исчезли вечно стоящие там диковинные предметы. Витрина была вообще полностью пустой, и насколько можно было видеть сквозь стекло, в помещении, кроме мебели, ничего не оставалось. На двери же висело распечатанное на принтере и элементарно приклеенное скотчем лаконичное объявление: «Магазин закрыт».
       «Ну да! И на что я надеялся? – с досадой подумал Колян. – С магазина этого они и начали эвакуацию».
       В душе у него всё разом опустилось. Однако он всё-таки подошёл к двери и потянул за ручку. Конечно, заперто. Колька витиевато выругался и, теряя над собой контроль, принялся со злостью дёргать ручку, а потом и вовсе забарабанил по деревянной поверхности кулаками.
       – Коля, угомонись, а? – негромко, но отчетливо попросил Степан за его спиной. – Магазин закрыт. Написано же.
       – Да, внутри всё пусто, – добавил Витька, отрывая лицо от сложенных лодочкой ладоней, которыми он загораживался от света, пытаясь что-то разглядеть за стеклом витрины.
       – А знаете, что это значит? – спросил Колька вдруг, оборачиваясь к стоящим под крыльцом приятелям. – Это значит, что всё, что они говорили, – правда. Они свалили, а нашей Земле скоро не поздоровится. Но вам… вам я ничего не могу доказать. Вот. Такие дела.
       Он уселся на верхнюю ступеньку и закрыл лицо руками, беззвучно всхлипывая. Его плечи мелко дрожали. Нос хлюпал.
       – Колян, ну хватит уже, – Витька, опустив глаза вниз, теребил ключи от машины. – Вчера ты отравился рыбой. Ещё и выпил. Тебе стало плохо. Ты бредил. А посреди ночи тебе что-то приснилось такое. Наверное, чёткое и яркое настолько, что ты перепутал сон и явь.
       – Тоже мне доктор, мать твою, нашёлся, – огрызнулся вполголоса Колька, шумно шмыгая носом. – А это как объяснить? – Он, не поднимая головы, указал на запертую лавку. – Я же про это вообще не знал.
       – Совпадение, – предположил Степан.
       – А может, знал, да забыл. А тут всплыло… – добавил Витька. – Ты лучше пошёл бы домой, отдохнул…
       – Да, Коля, давай, не дури. Нет никаких инопланетян в природе, и конца света никакого не будет.
       – Всё! Хватит! – взорвался Колян. – Хватит мне мозг лечить. Не хотите верить, не нужно. Живите, как знаете, – он протяжно втянул в грудь воздух, коротко выдохнул, задумчиво посмотрел куда-то вдаль. – Может, и вправду человек – лишь червь. Никому не нужный, бесполезный… Даже вредный для природы-матушки. Никто с ним общаться не хочет, и прихлопнуть его не жалко…
       – О-о! Знаешь, парень, ты окончательно сбрендил, – подвёл черту Витёк. – Стё
       па, поехали отсюда. Пусть он тут сам со своими галюнами разбирается.
       – Извини, Коля, – сказал Степан. – Но ты явно… не в себе.
       – Да валите уже. Что мне толку с вас? – огрызнулся Колян.
       Степан и Виктор молча вернулись к машине. Мотор «Волги» заурчал. Со скрипом воткнулась задняя передача. Авто развернулось и через несколько секунд исчезло в проулке. Двор опустел.
       Колян проводил машину взглядом и поднял глаза в осеннее небо. Где-то там, наверху, за пределами земной атмосферы, лежала непостижимая космическая бесконечность со своими законами, со своей логикой и со своими обитателями. Где-то там находилась родная планета Дэдры и Бэрры. Где-то плыла или неслась загадочная Нибиру. Где-то обитали неведомые Предтечи. Здесь же ворковали под крышей голуби, вылизывалась неподалеку рыжая кошка, низко гудел распределительный щит на стене. Где-то совсем рядом бурлила обычная человеческая жизнь. Занятые своими мыслями люди ехали или шли по своим делам, и никто из них не догадывался, что очень скоро всё это кончится.
       Неведомо, останутся ли облака, будут ли волны морей и океанов так же, как и раньше, набегать на далёкие и близкие берега? Будут ли шелестеть листвой деревья, и будет ли падать зимой снег? Сотрут ли Зод`Чи человечество с лица земли, не повредив окружающего мира, или мы испортили их «консерву» настолько, что решением станет лишь полное уничтожение мира?
       В любом случае, Колька не сомневался, что это случится.
       На какой-то миг ему стало страшно, но страх почему-то очень быстро прошёл. Осталась обида и боль. Обида оттого, что ему не поверили даже те, кого он считал своими друзьями. Боль оттого, что жизнь прожита им совершенно никчемная и уже нет времени что-то менять.
       И что же делать?
       Пытаться что-то изменить без каких-либо шансов на успех? Жить на полную катушку, ловя последний кайф? Или делать вид, что ничего не происходит, сунув как страус голову в песок?
       Тяжёлая ноша знаний… Лучше бы её и не было. Лучше бы не просыпаться ему этой ночью, не лезть к инопланетянам этим. Меньше знаешь – крепче спишь. В его случае поговорку стоило читать задом наперёд, но это не важно.
       Эх, лучше бы вообще не дежурить этой ночью…
       Впрочем… Если забыть всё – и вправду лучшее решение, то выход есть.
       Колян достал из кармана всё ещё лежащую там надорванную капсулу с жёлтой пилюлей.
       «Он проснётся завтра и ничего не вспомнит!» – кажется, так говорил Бэрра. Вот-вот…
       Отправиться домой, лечь спать и проснуться другим человеком, не терзаемым больше непосильными вопросами жизни и смерти человечества. Помириться с друзьями и без страха смотреть в небо. И жить столько, сколько отвела судьба.
      
       Ещё до того, как Колян понял, что наконец принял решение, пальцы его разломали капсулу. Он ещё раз бросил взгляд на запертую дверь, поднял глаза в небо, прищурился. А потом вздохнул и быстро, словно боясь передумать, сунул таблетку в рот.
      
      
       В это время где-то в центре города Витька остановил «Волгу» на светофоре и, повернувшись к молчавшему всю дорогу Степану, спросил, пытаясь совладать с подступившим к горлу комом:
       – А что, если он всё-таки не врал?
      
      
       Февраль-март 2012
  
       * Историю о знакомстве героев с магазином «Всякие вещи» можно прочитать в рассказе «Баночки», опубликованном в альманахе «Фанданго» №13 -
Предыстория "Консервов" - рассказ "Баночки"



   © Copyright. All rights reserved. © Все права защищены.
   © Все права на произведения принадлежат их авторам.
Информация на сайте выложена только для ознакомления. Любое использование информации с коммерческими целями запрещено. При копировании ссылка на сайт www.fantclubcrimea.info обязательна.


Цитирование текстов возможно с установкой гиперссылки.
Крымский клуб фантастов пригашает авторов к публикации в журнале или приехать на фестиваль фантастики