 |
|||||||||||
|
|
Елена
СТОЯНОВА
АРИЯ
ТРАМВАЯ(Симферополь)  Жил-был музыкант. Мама и папа его были врачами. Папа – хирург, мама – стоматолог. Музыкант с детства знал два иностранных языка, неплохо разбирался в анатомии, любил театр. Он не владел ни одним музыкальным инструментом. Но опытный глаз знатока человеческих душ без труда узнал бы в нем музыканта. Тонкие длинные пальцы, непослушные волнистые волосы, негастрономическая печаль в глазах… И вот однажды… Жила-была фея. Возможно, если бы она знала, что она фея – жизнь ее сложилась бы совсем иначе. Фея работала… точнее сказать – мучилась бездельем в одном небольшом негосударственном учреждении. Ей было не много, но и не мало лет – ровно столько, чтобы начинать тосковать о бесследно ушедшей юности, но еще не думать о смысле жизни. И вот однажды… Жили-были… Нет, лучше так. – Ты што уставилса? Прахады скарэе. Снэг башка пападэт. Это был замечательный день для пеших прогулок. После недельного дождя вся летняя пыль превратилась в осеннюю грязь. Больные листопадом лица деревьев с равномерным стуком превращались в ковры улиц. На полянках перекрестков солнце еще припекало, зато в тени до полудня держался предрассветный иней. Бригада странных людей, которые даже ветки деревьев умудрялись обрезать, не поднимая головы, обрезали ветки деревьев, таращась на прохожих. – Девушка, куда это вы спешите? А ну поторапливайся, пацан, а то еще случайно секатор уроню. Здорово бы пройтись по песочной аллее парка, подышать теплой сыростью октября, поймать в рукав щекочущий ветерок. В трамвае душно, но окна наглухо закрыты брюзгливыми старушками в зимних кацавейках, ворчащих розовой помадой по поводу и без такового. Молодому человеку в длинном сером пальто выходить через одну. Он протискивается к дверям заранее, будто от этого трамвай пойдет быстрее. Ему трудно дышать, блеклые глаза жадно ищут в лобовом окне долгожданную остановку, но находят только сутулое плечо женщины-водителя – и червивую бездну знакомых городских улиц. Его тонкие губы извиваются в муках, сообщенных плавающей парой ребер, принявших острый локоть кондуктора. Прямой нос раскраснелся в предвкушении уличной прохлады. С каждым метром, который проползает ленивый трамвай, молодому человеку острее хочется выйти. И когда дверь наконец-то распахивается… – Не подскажете, который час? – У меня нет часов, – рассмеялась она неуместному вопросу. Косматый орех, как неумелый любовник, поспешно раздевается, срывая недожелтевшие листья. Молодая вишня еще совсем зеленая. Влажные листья по-весеннему блестят. Стройная девушка в берете и светлом плаще с синтепоновой подкладкой чуть ли не в припрыжку идет по улице. Она никуда не торопится – просто ей весело. Может, оттого, что снова выглянуло солнце. Может, это приближение зимы, а с ней – и весны с летом, так ее радует. Ветер резвится в волосах, подставляя свету то один, то другой светлый локон. Каблуки бодро и сбивчиво стучат по просыхающему асфальту. – Девушка, куда это вы спешите? Не ваше дело. Она же не спрашивает, зачем опять уродовать эти несчастные каштаны, между скрюченных листьев которых странно проглядывают болезненные цветочки. Говорят, если каштан цветет осенью – плохая примета. Эти каштаны каждый год так цветут – нельзя же все беды на них списывать. Жаль, что нельзя все беды на них списывать. Проблем полно. Даже если кажется, что не надо никуда бежать и что-то срочно предпринимать. На слабом с виду плече девушки вместительная сумка, расшитая пестрыми цветами, не для красоты. Вот бы пройтись пешком! Погреть веснушки на прощанье. Пошуршать мертвыми и такими красивыми золотистыми листьями под ногами. Зайти в глубину парка – в глушь, где нет никого, где гнилая трава чавкает, пачкая туфли, и собаководы не протоптали тропинок, – сесть на старый истертый пенек и напевать никому не понятную мелодию, похожую на далекое смутное воспоминание. А в трамвае сейчас полно людей. Жалобы, оскорбления, пустые разговоры о погоде и политике. Да что знают о политике домохозяйки, в выходных нарядах спешащие на рынок за говядиной, дедушки, тоскующие по дефициту и решениям сверху! Не больше, чем о погоде. От этих мыслей густые зеленые глаза феи стали холодными. Из-за верхушки старого тополя выглянул белый слон и приветливо помахал ей хоботом. Отвечая кивком головы этому облачному существу, фея слегка споткнулась и тут же рассмеялась. Если бы кто-то увидел ее в этот момент – непременно бы догадался, что это настоящая фея. На остановке стоял старый профессор, погрузив седую бороду в проблемы вселенского масштаба. Между ним и краем платформы втиснулась крохотная старушка со злым острым лицом и бесформенной кошелкой. Поодаль красовалась длинными ногами восьмиклассница, чуть заметно подрагивая замерзшими коленками. Не сводя с нее глаз, в нескольких шагах курил нагеленный мужчина с грязными ногтями. Две зрелые женщины жаловались друг другу на недостатки формата «дивиди». Никто не обратил внимания на появление феи. Она пришла на остановку – но не стала на платформу: не хотелось подглядывать, подслушивать, вдыхать запах этих людей, чувствовать на себе их оценивающие взгляды. Вот из-за поворота сытой улиткой выступает трамвай. Нехотя приближается к остановке, привычно метя дверью мимо платформы. Дверь открывается так, будто ей в тягость малейшее движение. Но все же проем расширяется настолько, что подоспевшая старушка успевает поставить на ступеньку свой загадочный багаж. Дверь открывается – на непопулярной остановке мало кто выходит. Молодой человек, давно брезгливо затаивший дыхание, с ужасом выдыхает. Вместо того чтобы вырваться из липкого воздуха трамвая, он продвигается вглубь салона, теснимый будущими пассажирами. От недостатка кислорода и обиды из пугливой лани он превращается в ловкого ягуара – и чудом вылетает из ненавистного тела прожорливого трамвая. Еще находясь в воздухе между скользкой ступенькой и платформой, он вдруг забывает о том, куда приехал и зачем. Забывает, что он вообще куда-то ехал. Забывает трамвай и духоту, оторванную пуговицу пальто и время суток. Замирает, зависает. Со всех сторон теплый осенний день наполняет зеленая глубина, отливающая серебром. Сегодня музыкант напишет свою первую песню. Может быть – арию к будущей опере. Симферополь 2006 |
| ©
Copyright. All rights reserved. © Все права защищены.
© Все права на произведения принадлежат их авторам. Информация на сайте выложена только для ознакомления. Любое использование информации с коммерческими целями запрещено. При копировании ссылка на сайт www.fantclubcrimea.info обязательна. |