В ОЖИДАНИИ ХРИСТА
(продолжение)

ИЗ  ЧАСТИ  V. ТРАГЕДИЯ  В  УСАДЬБЕ
ГЛАВА 1. НАПАДЕНИЕ НА БИБЛИОТЕКУ И АРХИВ. СМЕРТЬ АРХИВАРИУСА
1. Был обычный осенний день
Был обычный осенний день. Вчера окончилась конференция, а сегодня торже-ственно отмечали ее за-крытие. Ничто не предвещало трагедии. Было жарко, но уже не изнуряюще. Над морем ветра не было, но высоко в небе ветры дули и, ви-дать, неслабые. Небольшие перистые, почти прозрач-ные об-лака ме-тались по небу, беспрестанно меняя направления движения. Нервные порывистые движения облаков никак не влияли на настроения лю-дей. Отдыхающие рав-но-душно взирали на метания по небу так и не ставших ту-чами облаков, уверенные, что их от-дыху ничто не помешает.
Однако многоопытные аборигены с сомнением качали головами. Эта, якобы, мирная погода, не пред-вещала, по их мнению, ничего хорошего. Старожилы ока-зались, как всегда, правы. Вечером грянула буря. Но это вечером. А днем во время необычайно веселого, и, как всегда в усадьбе, чрез-вычайно вкусного обеда, неожиданно загорелась библиотека. Ветра не было. Однако слабый бриз, почти неощутимо дую-щий с моря, смеши-вал ароматы кухни со свежими волнующими запахами моря и не дал обедающим по-чувствовать гарь и тление начи-нающе-гося пожара. В этот день я, вме-сте с другими участниками конфе-ренции, был на этом, так трагически закончившимся гастроно-мическом празднике.

2. Почерневший труп архивариуса
Было торжественно. До обеда участники собрались в гостиной. Тарас Ива-нович ходил среди гос-тей ус-талый, но довольный. И его можно было понять, конференция проходила трудно, но теперь все было по-зади. Потом был торжественный обед. Никто из присутствующих не заметил, как и он по-кинул столовую. Когда пожар в библиотеке полыхнул, об-слуга во главе с вездесущим управляю-щим кинулась его тушить и обнаружила почерневший труп архивариуса, сидевший за компьюте-ром. Позже стало по-нятно, что од-новременно загорелась библиотека, вышла из строя компьютер-ная система (с утратой всего, накоплен-ного за долгие годы, уни-кальнейшего массива информации), и, от мощного удара током, заживо сгорел командовавший всем этим хозяйством библиотекарь и ар-хива-риус усадьбы Та-рас Письмен-ный.
Не ожидал, что стану участником детективной истории. Но пришлось. В особ-няк нагрянули менты, а вслед за милицией пожаловали следователи прокура-туры. Милиционеры были веселые молодые парни из местных. Сквозь напуск-ную серьезность невооруженным глазом было видно, что их жере-бячье желание поржать сдерживало только наличие трупа, полностью почерневшего и более всего напоминавшего му-мию. Но не румяные грубой раскраски останки вождя мирового пролета-риата, а обыкновенную мумию рядового египетского фараона, скромного труженика на ниве верхов-ного руководства Древнеегипет-ским Царством.

3. Милиционеры
Однако вернемся на время к правоохранителям города Шелкино. Изящество и несомненное богат-ство усадьбы их смущало, а серьезная вышколенная прислуга, состоящая из знакомых им с детства и, в до-машних условиях, веселых разбитных земляков, приводила в недоумение. Наскоро совершив все необхо-димые дейст-вия, милиционеры уехали, уступив место серьезным обстоятель-ным следова-те-лям прокура-туры.

4. Следователи
Следователей было двое. Были они, не в пример молодым милиционерам, серь-езными умудрен-ными жизнью  мужиками, обоим было далеко за сорок. Но, не-смотря на серьезность ситуации, сле-до-ватели не-вольно вызывали улыбку. Старший был маленький энергичный толстячок, а младший – анемичный, длинный и тощий, как жердь. И фамилии у них были соответствующие. Стар-шего звали Баташов, а младшего Батов.
Несмотря на все различия во внешно-сти, они обладали рази-тельно по-хожими, почти идентич-ными но-сами. Эти длин-ные острые постоянно принюхивающиеся носы, каза-лось, обещали, что их хо-зяева распу-тают эту странную историю и преступник (или пре-ступники) обя-за-тельно будут най-дены. Комичная пара начала расследование преступления со всей серьезностью и энтузиазмом, на ко-торое она была способна. Рассчитывая на немалое, осо-бенно по щелкинским масштабам, воз-на-гра-ждение известного своей щедро-стью оли-гарха, Бат и Баташон от прокуратуры старались изо всех сил, можно сказать, носами землю рыли от усердия. Но, то ли случай этот был из рук вон сложный, то ли следователям катастрофически не хва-тало умения, но из их усердия ровно ни-чего не вышло.

ГЛАВА 6. ИГОРЬ СИДОРОВ, БИБЛЕИСТ
(Вспоминая прошедшую конференцию)
1. Библеист Игорь Сидоров
Поскольку конференция началась ближе к середине дня, после вступительного слова академика после-довал традиционный здесь роскошный обед. После него свой доклад прочел видный специалист по биб-леистике профессор Сидоров. Профессор уже участвовал в одном из прошлых форумов, его лекция «Ле-генды Ка-зантипа и апокри-фи-ческая литература» надолго запомнилась Марлену. Высокий, стройный, с аристократиче-ским профилем и гибкими, изящными движениями, не-смотря на относительно молодой возраст, седой, как лунь, он безу-пречно владел своим голосом. Его мягкий, и одновременно, словно про-никаю-щий в самую душу ба-ритон, был настолько убедителен, что самые необычные, самые революцион-ные из его идей вос-принимались, как истины непреложные, как нечто, безусловное, само со-бой разу-мею-щееся. В соответствии с замыслом г-на Письменного, нынешнее выступление ученого-бо-гослова связало близ-кую к казантипской проблематике тему Христа и Антихриста с главной темой нынешнего фо-рума.

2. Христос, Антихрист и Дьявол
Позже Марлен до кона понял, смысл того, о чем говорил профессор Сидоров. Уважаемый богослов считает, что в мире действуют, борются друг с другом три силы: Сила Любви, олицетворяемая Христом; Сила Зла, сила дьявольская разруши-тельная; и Антихрист, сила конструктив-ная, организующая, желаю-щая делать добро людям. Но добро без любви всегда обора-чивается злом, ибо с одной стороны порож-дает фанатизм, с другой – создает пустые формы, му-ляжи, бездушные, механиче-ские. 
События, произошедшие во время конференции, хорошо иллюстрируют эту теорию на примере малого участка земли, его марленовой усадьбы, и маленькой группы людей – участников конференции.

3. Влияние змеиного магнетизма
Но г-н Сидоров говорил не об этом частном случае. Профессор пояснил свое видение сущности фено-менов, которым он посвятил свою лекцию. Для него дьявольские силы, овладевающие человеком, – это, в терминах ме-дицинских, всего лишь психи-ческое расстройство, а на языке кибернетики – сбой про-граммы. А Антихрист для него воплощение сил, дейст-вующих, якобы, во благо человеку, а, на самом деле, отни-мающих у него индивидуаль-ность, лишающих его души.
Наверное, по просьбе г-на Письменного профессор связал феномены, им обсуждае-мые, с пробле-мами Казантипа. Он разъяснил внутренний смысл казантипской ле-генды. По его мнению, в полно-луние на по-луострове происходит следующее:
В непогоду магнетизм змей, извивающихся и свивающихся в клубки, вызывают у людей психиче-ские расстройства. Легенда, упоминающая бесов, поящих змей в непо-году ядовитым напитком, не-далека от истины, ибо психические расстройства, есть бессовство, или проявления дьявольские.
А в хорошую погоду, когда змеи вытягиваются в струнку, у людей успокаивается психика. Но, во-преки легенде, участие здесь ангелов более чем сомнительно. Успо-каивая психику, освобождая ее от воз-дейст-вия сил дьявольских, змеиный магнетизм отдает ее в руки сил антихристовых, ибо порож-дает фана-тиков, неколебимо уверен-ных в своей правоте.

4. Сродни воздействию наркотиков
В своем докладе профес-сор Сидоров высказал предположение, что стремление с помощью Чаши Хри-стовой усилить успокаивающее влияние змеи-ного магнетизма на психику людей только усиливает отри-цательный эффект этого воздействия. Ибо оно сродни воздействию наркотиков. С той только разницей, что прекращение дейст-вия наркотика вы-зывает ломку, а магне-тизм змей наоборот вводит психику в со-стояние ложной, примитивной, одномер-ной ясности, не прекращающееся с прекращением его воздейст-вия. А это дает человеку ощущение своей полной неоспоримой правоты, и толкает его на принятие про-стых решений, которые должны обеспечить полную победу его «истины» над чужими «за-блуждениями».
 
5. Фанатики
«Под воздействием казантипской «машины добра» – вновь озвучил докладчик идею, высказанную им на марленовом форуме несколько лет назад, – во все века рождалось великое множество фанати-ков. А беше-ное неистовство «борцов за справедливость» постоянно вызывало в мире кровавые рели-гиозные войны и беспощадные револю-ции».

6. Империи
«Одни фанатики канули в небытие – продолжил он свою мысль, – другим удавалось выстроить ве-ликие империи, надолго запомнившиеся своим пустым, помпезным, лишенным души и часто крова-вым вели-чием.
Необходимо признать и другое. Только людям с расстроенной психикой (явно находив-шимся в этот мо-мент в когтях дьявола) удавалось побеждать пустые формы бездуш-ного имперского официоза. То ли гени-альными художе-ственными свершениями противостоять муляжам официального ис-кусства, то ли по-пулист-ской риторикой, на-страивать массы на восстания и разрушать сами им-перии».

7. Борьба худшего с худшим
По мнению ученого-богослова сегодня, как и в прошлые века, две силы Дьявол и Антихрист посто-янно борются между собой. А Христос – сила любви почти не участ-вует в жизни. Борьба Дьявола и Антихри-ста – это война худшего с худшим. Каждый из них и прав, и неправ одновременно. Не го-воря уже о том, что победа одного – смерть от полного разрушения, а другого – это смерть духа живого, возврат к чисто биологическому существованию.

8. Где выход из тупика?
Ученый считает что «выход – это возвращение Любви, возврат ко Христу. Вопрос в том, достаточна ли созида-тельная сила учения Христова? Когда идея строила империи (без-относительно, успешные, или эфемер-ные) – то превращалась в силу антихристову.
А когда христианская идея легла в основу капитализма? А государства с развитым граж-данским обще-ством тоже Царство Антихриста? Тут мнения расходятся. Говорят о без-духовности рынка, а, следова-тельно, о господ-стве Антихриста. Это не совсем так. Буржуазное государство не порождает фанатиков, а гражданское общество требует от каждого из его членов живого человеческого участия. А человеческая активность, живая и одновре-менно неагрессивная – это по ведомству Христа.
Но если, За-пад и не утратил связи с Христом, то, все равно, существенно в Его строну не продвинулся. Ибо, по мере того как бюрократия подминает под себя гражданское общество, государства все более пре-вращаются в Царство Антихриста. К тому же господствует в буржуазном обществе все же не граждан-ское раз-номыслие, а единомыслие в форме общественного мнения, которое чаще всего катастрофически близо-руко и удручающе одномерно. В итоге сопер-ничество Дьявола разрушения и Антихриста, сози-дающего пустые формы, овладевает миром. А это тупик, и где из него вы-ход пока не ясно».

9. Вопрос Арсения Лучникова
Закончив, докладчик внимательно оглядел зал. Первый вопрос задал ему Арс Луч. Естественно, что ка-ждый мучается своими проблемами. Арсения интересовало, к какому ведомству можно отнести террори-стов. С одной стороны, они разрушители (дети Дьявола), но с другой – они фанатики идеи, совершающие зло во имя своих представлений о добре. А это путь Антихриста. Хотя, их организации, построен-ы не ие-рархически, что характерно для Царства Антихриста, а образуют, так называемые, сетевые структуры, которым свойственны не вертикальные, а горизонтальные способы взаимодействия.

10. Все здесь не просто
«Все здесь не так просто – задумчиво ответил профессор. – Террористы, за редкими исключениями, ста-вят перед собой «высокие» и «конструктивные» (с их точки зрения) цели, которых они добиваются с фа-натическим (ценой собственных жизней) упорством. Те террористы, для которых террор – самоцель, без-условно, одержимы Дьяволом (это душевная болезнь). Террористов, имеющих «высокие» цели, несо-мненно, ведет Антихрист. 
Что до сетевого (горизонтального) структурирования террористических организаций, то оно имеет ме-сто лишь до появления в их среде ярких харизматических фигур. При появлении вождя горизонталь-ные структуры быстро трансформируются в вертикальные.
А то, что среди слуг Антихриста много душевнобольных (одержимых Дьяво-лом), так то было всегда, и в гитлеровском Гестапо, и в сталинском КГБ, и в католической инквизиции». 

ГЛАВА 7. ДЕТЕКТИВ-ЛЮБИТЕЛЬ
1. Детектив-любитель
Преступление, которое взялись расследовать ретивые комики от прокуратуры, было явно им не по зу-бам. Зато внезапно прорезались шерлокхолмсовские спо-собности у человека никогда прежде рас-следова-ниями преступлений не занимав-шегося, и даже детективные романы никогда прежде не чи-тавшего, а уж соответ-ствующие сериалы вообще на  дух не переносящего. Этим человеком был мой щелкинский зна-комец Степан Бандурыстенко.
Человек Степан Фомич вообще недюжинный. С виду он простоватый украин-ский парубок, с вы-го-рев-шей на солнце буйной шевелюрой и всегда облупленным от ветра толстым добродушным но-сом. Но па-рень он только с виду, ему недавно исполнилось 28,  и он далеко не прост.

2. Философ-лингвист
Во-первых, он почти единственный в городе подлинный интеллектуал, тон-кий знаток филосо-фии и тео-ретиче-ской лингвистики, целиком, как известно, опи-рающейся на системные представ-ления но-вого вре-мени. Пристрастие к абстрактным рассуждениям у Степана наследственное. Его отец, ми-лейший Хома Хомич Бандурыстенко, директор лучшей местной школы, знат-ный хле-босол, и любитель доб-рого само-гона и густого украинского пива, ут-верждает, что род Бандурыстенков – прямые потомки великого на-родного фило-софа Ук-раины Григория Сковороды.

3. Художник-кузнец
К тому же в своем деле Степан высокий профессионал, ни одна крупная между-народная вы-ставка ху-дожественной ковки не проходит без его работ. И на каж-дой он бывает отмечен наградами и при-зами. Еще в школьные и студенческие годы Степан был участником ряда серьезных выста-вок в Лондоне и Па-риже. Впрочем, в этом нет ничего удивительного, сама фамилия Бандурыстенко го-ворит, что в их роду были не только философы. А свое пристрастие к кузнечному делу Степан явно унаследовал по ма-те-рин-ской линии, его мать, добрейшая хло-потунья Горпына Карповна в девичестве носила фами-лию Коваль.

4. Программист
Шесть лет назад Степан окончил мехмат МГУ и успел поработать в москов-ском филиале все-мирно из-вестной фирмы Микрософт. Однако тяга к искусству, в конце концов, победила.  Бросив престиж-ную и выгодную работу в Москве, Степан вернулся в тишину родного городка и здесь, вдали от мос-ковской суеты продолжил свои творческие поиски, как художник-кузнец.
Именно он ввел меня в усадьбу олигарха Марлена в Мысовом. Он, как и я, присутствовал на всех засе-даниях конференции, и, что для моего дальнейшего повествования самое важное, оба мы уча-ствовали в обсуждении доклада Сер-гея Претлегина, старого, еще со студенческих лет, знако-мого Степана.

5. Начало второй конференции откладывается
  То, что расследовать трагедию, произошедшую в усадьбе, взялся человек моло-дой энергичный и очень толковый внесло надежду, что сложившаяся ситуация в конце концов разрядиться. Начало второй конфе-ренции, которая должна была состояться сразу после первой, откладывалось, ибо ком-пьютерная система, главное достоинство здешних научных форумов, полностью вышла из строя. Ее восстановление требо-вало времени, а проводить конференцию кустарным спосо-бом, да еще без Тараса Ивановича, без ее ор-ганизатора, без ее души и главного действующего лица, наш любезный хозяин Марлен Михайлович Ку-зовлев реши-тельно не желал.

6. Вынужденное безделье
Между тем, ведущая расследование прокуратура взяла со всех бывших в усадьбе на момент траге-дии, или связанных с ней, подписку о невыезде. Запрещены было даже турпо-ходы по окрест-ностям. Поэтому участники форума целыми днями бесцельно бро-дили по пляжу, а вечерами за-полняли местные питейные за-ведения. В относи-тельно лучшем положении оказалась тесно спаян-ная группа друзей Степы Бан-дуры-стенко, безвылазно оккупировавшая его мастерскую, где обиль-ные возлия-ния перемежались серьезными философскими и мировоззренческими дискус-сиями. 

ИЗ ГЛАВЫ 9. ОБСУЖДЕНИЕ ДОКЛАДА ИГОРЯ СИДОРОВА
(Вспоминая прошедшую конференцию)
5. Христианская идея и трагедия «11 сентября»
Серьезный разговор в связи с докладом профессора Сидорова состоялся поздним вечером в гости-ной.Начал разговор, хоть присутствовавший на всех заседаниях (для этого он даже взял у Марлена Ми-хай-ло-вича кратковременный отпуск), но до того не от-крывавший рта, повар-юморист Батоно-Ка-равайский.
Пан Станислав неожиданно, но весьма своевременно, поинтересовался тем, «какие действия пред-при-нимают христиане, и, прежде всего, элита традиционных конфес-сий (в том числе его братья-католики) для усиления влияния идей Христа на мировые процессы. Особенно важно это понять в связи с собы-тиями 11 сентября 2000 года….
Неужели неясно – резко оборвал себя сам, всегда мягкий и любезный пан Каравай-ский, – что после 11 сентября мир зашел в тупик».

6. Ватикан и «Евангелия от волхвов»
На вопрос уважаемого батоно подробно и обстоятельно ответил, хоть и не офици-альный, но все же представитель Ватикана на нашем форуме сеньор Антонио. То, что он поведал собравшимся тонкий, изящный, в элегантной рясе, седовласый кардинал было, мягко говоря, неожиданным. Оказывается, Рим-ская курия официально не при-знавшая, недавно прочитанные мной «Евангелия от волхвов», и даже никак не отреа-гировавшая на их появление, в действительности, весьма высоко оценила эти, ранее неизвестные миру апокрифы.
Примерно через полгода после трагедии «11 сентября» представитель Ватикана конфиденци-ально обра-тился к всемирно известному российскому кинорежиссеру Андрею Нектарову с предложе-нием тайно, в ус-ловиях строжайшей секретности, финансиро-вать экранизацию «Апокрифов от волхвов».

7. Голгофа глазами кино
Единственный в мире наследник философской кинопалитры великого Тарковского вначале заинте-ресо-вался. Но позже отказался от этого заманчивого предложения, объ-яснив, что «не видит в со-временном театре и кино актера, который смог бы убеди-тельно сыграть роль Распятого, на кресте сострадающего мучителям своим. Более того – заявил мэтр кино – Даже подобрать соответст-вующий звукоряд, мне ока-залось не по силам».

8. Голгофа и музыка
Выслушав это сообщение кардинала, считающий себя великим знатоком и тонким ценителем музыки самых разных направ-лений (от классики – до авангарда) дьякон Куров позволил себе, причем в рез-кой форме, усомниться в его подлинности: – «Со-мнительно, чтобы великий Нектаров затруднился в подборе соответст-вующей му-зыки. А Бах, а Шостакович, а Шнитке, а Габайдулина?»
Но тут в спор вступил г-н Письменный. «И у Баха, и у современных ком-позиторов много подлинно фи-лософских шедевров на темы: «жизнь человеческая», «жизнь и смерть». Но это – в глубокой задумчиво-сти произнес архивариус – не совсем то. Эти музы-кальные шедевры, мо-жет быть, и не будут сильно про-тиворечить Голгофе, описанной вол-хвами, но и не помогут глубже ее осознать. Не исключено (ки-ноге-нию это виднее), что они ослабят, даже смажут впечатление от, описанной волхвами, любви Его к врагам, от того сострадания, что проявлял на Голгофе Иисус к мучите-лям своим».
Дьякон был до такой степени огорошен доводами Тараса Ивановича, что внезапно изменился в лице. Мысли и чувства, явно противоречащие христианскому всепроще-нию, промелькнули у него в глазах.

ГЛАВА 10. ПРОГРАММИСТ-ДЕТЕКТИВ И ДОМОРОЩЕННЫЙ ФИЛОСОФ
1. Первичное и вторичное
Когда стало ясно, что от расследования прокуратуры толку не будет, в исследо-вательской части много-гранной сущности Степана Бандурыстенко взыграло ре-тивое. Он уверенно заявил, что пред-мет исследо-вания – это вторично, самое важ-ное – верно выбранная методика, и, конечно, исследо-вательский талант, от кото-рого в первую голову зависит исследовательская удача.

2. Сбор материалов
С дотошностью старого бюрократа, поднаторевшего за долгие годы службы, Степан начал систе-мати-ческий сбор информации хоть какой-то гранью относя-щихся к Делу. За четыре дня упорной работы мате-риалы в  его компьютере едва не превысили объемом дотла сгоревший раздел редких рукописей в архиве оли-гарха, куда за долгие годы усердием покойного Тараса Ивановича Пись-менного было собрано не-сколько сот толстенных фолиантов.

3. Математическая модель
Впрочем, эту работу самодеятельный детектив вовсе не считал основной. Глав-ным для него было по-строить математическую модель ситуации, которая дала бы возможность получить полный на-бор воз-можных вариантов совершения пре-ступления. Детальная  оценка каждого варианта должна была выявить тот един-ственный, отображение математической функции которого в смы-словом про-странстве, во всех точках совпадало бы с реальным преступлением.

4. Местный философ Михайло Толев
Для построения математической модели Степан привлек человека никогда высшую математику не изу-чавшего и никогда прежде ею не интересовавшегося. Имя этого человека Михайло Толев, оно еще встре-тится в нашем повествовании.
Род местного натурфилософа и убежденного аскета Михайло Степановича То-лева был переселен в эти места из-под Курска сразу после войны с Наполеоном. Родоначальник клана Толевых был дворовым че-ловеком знаменитого героя войны 1812 года Барклая де Толи. Нынче, немалое число жителей Крымского Приазовия носит фамилию Толевы. Но прочие Толевы мужики хозяйствен-ные, расторопные и прижими-стые. Михайло же Толев – философ и в жизни, и в мыс-лях.

5. Социальный оптимист
Его страстная убежденность в конечной победе добра над злом, его  горячая приверженность мо-раль-ным и духовным ценностям, превратили абстрактно мыслящего, и во всех смыслах оторван-ного от реаль-ной жизни философа, в не-примиримого борца против всякого рода несправедливо-стей. А его искренняя вера  в науку, в прогресс, превратили народного философа в убежденного со-ци-ального оптимиста.

В ожидании Христа

Фанданго № 3
Введение
Повесть о Казантипе. Часть 1
Повесть о Казантипе. Часть 2
Повесть о Казантипе. Часть 3
Фанданго № 4
Повесть о Казантипе. Часть 4
Голем. Часть 5
Голем. Части 6 и 7
Голем. Часть 8

Фанданго №5
Курорт. Часть 9
Легенды Казантипа. Часть 10
Аэрогологофа. Часть 11
Вызовы времени и христианский ответ. Часть 12
Вторая Голгофа. Часть 13
Послесловие. Мир изменился