 |
|||||||||||
|
| Николай НЕМЫТОВ г. Симферополь АРГОДА – ПАРУБЕЖЬЕ
МИРОВ
Теперь следи,
здесь точный код событий…
Перешагни пространство вслед за голосом моим. Валерий Гаевский НАШ МИР – НАШЕ ВРЕМЯ. СЕЛО ТАНКОВОЕ Окружающие нас предметы порой очень долго скрывают от нас свой истинный смысл. Тем более если это горы. Скальные уступы и заснеженные вершины – одна из сокровенных вещей,– кроме огня, бегущей воды и звездного неба, – на которую человек может смотреть бесконечно, и здесь, на смотровой площадке у границы страны крымских плоскогорий, приходит понимание беспредельного покоя лобастых крутых склонов. Трасса совершает большую петлю к востоку и ужем спускается к основанию площадки. Я провожаю глазами белую маршрутку, которая доставила нас сюда и теперь, урча дизелем, устремилась к Залесному. Солнце бьет в глаза, но, не смотря на это, Юлька в восторженных чувствах бегает по площадке с цифровым фотоаппаратом, снимая залитый светом мир. – Стань, стань,– просит она меня. – Нет, стань сюда! Гору ведь не видно! Я подчиняюсь. Ее широко распахнутые серые очи внимательно изучают экран аппарата в поисках нужного ракурса. Горы – это наше прошлое и облака над ними – отражения далеких времен, прошедших пестрой чередой у их подножья. Гонимые ветром тучи приобретают формы воспоминаний, которыми живут и грезят вершины. Я поправляю рюкзак и помогаю Юле спуститься к дороге. Там, за домами и старым садом нас ждет река. ИНОЙ МИР – ИНОЕ ВРЕМЯ. РУБЕЖНАЯ ЗАСТАВА Двор Заставы был пуст и тих. Золотое солнце окунулось лучами в его колодец, и каждая пылинка засверкала золоченой блесткой, торжественно плывущей в теплом воздухе летнего утра. Витязь с наслаждением вытянул босые ноги, прислонился спиной к теплой стене братской хоромины. Тугие повязки на расслабившемся теле стали менее стягивающими, почти незаметными, если бы не легкое покалывание от мазей, которыми умащены раны. У колодца в центре двора появился Орлик. Ловко орудуя воротом, отрок набрал воды в два ведра и потащил их к конюшне, где хрумкал овсом Кологрив. Солнце присветило мальчишке в затылок, от чего его торчащие уши загорелись алым светом. Витязь усмехнулся, прикрыл глаза от припекающего солнышка и даже задремал. Тревога заставила очнуться от сна еще до того, как прозвучал за воротами Заставы рожок гонца. Тут же во дворе стало темнее, будто облако легло на лик светила, а от теней, что прятались по углам, потянуло холодком. Из конюшни выбежал встревоженный Орлик. – Не иначе гонец от калик, – сказал он удивленно. – Похоже, – пробормотал Витязь, осторожно поднимаясь на ноги. – Велишь бронь твою принести, воевода?– спохватился отрок. – Не надо. Сапоги, разве. Да поживей, Орлушка! Дело не терпит. Вон как конь гонца копытами переступает. Видеть гонца сквозь створы ворот Витязь не мог, но босые ноги чутко слышали стук копыт о землю. Орлик хотел было помочь ему обуться да воин отстранил мальчишку, велел идти открывать. Потянув всем телом половину ворот на себя, Орлик отворил створ перед гонцом, и облако горячей дорожной пыли ворвалось в прохладу двора Заставы. Серый от той пыли конь, покрытый ею как коростой болезни, влетел следом за облаком в порыве суховея и встал, будто изваяние, подчинясь команде всадника. Сам гонец лихо соскочил с седла и припал на колено, увидев кто встречает его. – Приветствую тебя, Витязь!– звонко, как подобает, произнес он, прикладывая ладонь левой руки к сердцу. – И тебе поздорову, посланник! Гость поднялся на ноги, достал из переметной сумы свернутую рунику перевязанную алой тесьмой. Судя по тому, дело серьезное спешное. – Велено было доставить не щадя живота!– обоими руками гонец протянул ее воину. Лицо посланника сплошь было покрыто дорожной пылью, как и весь доспех, пот темными ручейками стекал по щекам. – Поди умойся, гонец, – предложил Витязь, принимая рунику. – Калики ждут спорого ответа. – Вот и не мешкай. Гонец отошел к колодцу, а воевода развернул свиток. Причудливая вязь письма не только изъясняла суть дела, но и изображала случившееся. Лик воина посуровел, когда он прочитал послание. Витязь замер с раскрытой руникой в руках. Время остановило свой ход, и все живое застыло в нем, будто в сосновой смоле, чувствуя лихой час. – Калики ждут спорого ответа,– напомнил о себе гонец. Золотые пылинки вновь завертелись в солнечном свете, листья плюща задрожали под ветром. Витязь кивнул тяжелой головой: – Передай мудрым каликам: Застава выступает к указанной Браме. Рубеж будет закрыт. Слово наше твердо! После последней фразы буквицы в рунике смешались, сплелись в новый узор – узор Клятвы Витязевой. Склонив голову, гонец принял новое послание и спрятал его в свою суму. – Позволь спросить тебя, воевода,– он тревожно огляделся. Витязь посмотрел на гонца с ожиданием. Только сейчас до посланника дошел смысл происходящего: никто не встретил его на башнях у ворот, никто не появился во дворе, пока они с Витязем разговаривали, никто не упражнялся с оружием, не пел песен, не работал в кузне, и заваленка у стены братской хоромины была пуста. Только лопоухий отрок стоял у колодца, да дрались за овсяные зерна неугомонные воробьи. Витязь понял его вопрос без слов. – Спеши, гонец!– велел воевода.– Спеши! И донеси до калик наше верное слово! Отчаянье отразилось в глазах гонца. Он с места запрыгнул в седло и приложил к груди правую ладонь. – Донесу, Витязь! Крепости вам в бою! Да прибудет с вами Вышень! НАШ МИР – НАШЕ ВРЕМЯ. БЕРЕГ РЕКИ БЕЛЬБЕК – Смотри, Андрей! Смотри!– моя пылкая спутница полна восторгов. Очарованный ребенок, радующий меня своей полнотой жизни. Юля показывает на зубцы, украшающие «хвост» горы. Действительно удивительная вещь: вся гора напоминает крокодила, потому зовется: гора Крокодил. У вертикальной стены с зубцами бушует многообразием красок октябрь. Зелень перемешалась с золотом, и пунцовые листья кустарника горят в этом обрамлении дивными рубинами. Причудливые скалы и «лапы» чудовища тонут в великолепии осени. Я помогаю Юльке перебраться через обмелевший Бельбек и оглядываюсь в поисках тропы, ведущей наверх. Справа остается глиняный, обрывистый берег, аккуратно обрезанный бегущей рекой. Сейчас трудно поверить, что этот ручей самая полноводная река на нашем острове. – Какая красотень! Я улыбаюсь Юльке, а сам вспоминаю мифы: Крокодил лежит в осенней сокровищнице подобно сказочному дракону, охраняющему дивный клад. А может это Ящер, повелитель Нави – невидимого мира, мира подземного сокрытого от людских глаз. – Как знать, как знать,– пробормотал я. – Что? – обернулась Юля. Объектив ее игрушки снова смотрит на меня, а за спиной «зубцы» крокодильего «хвоста». – В наших крымских легендах все зло каменеет, превращается в горы. ИНОЙ МИР – ИНОЕ ВРЕМЯ. БРАМА Там за Брамой иной мир. Здесь мир Заставы. А сама Брама – ничто и нигде. Иначе как назовешь грань между вселенными. Стена? Перепонка? Да и грань это или тоннель, нитью нанизавший на себя вереницу миров. Витязь часто задумывался над сутью Брамы, но всегда знал одно твердо: здесь Рубеж, рубеж для разбушевавшегося прорвавшегося Зла. Рубеж потому, что дальше его пускать нельзя. Гонец появился немного не вовремя, когда Застава выступила к другой Браме за тысячу верст от сюда. Полученные в прошлом бою раны не позволили воеводе возглавить поход. А может это и хорошо. Если бы остался кто другой, удалось ли ему выстоять здесь, у Брамы сейчас. Удастся ли выстоять Витязю? Он не думал об этом. Не было времени. Едва за гонцом остыл след, воевода кликнул Орлика и велел ему одевать доспех. Глаза мальчишки радостно вспыхнули, однако тут же стали серьезными. Сообразил: не спроста все это. – А как же ты, воевода? Вот когда он не будет задавать таких вопросов, станет воем, а пока… – Это наказ, Орлик,– ответил Витязь. Мальчишка приложил правую ладонь к сердцу и склонил голову. – Выполню, Витязь! Мое слово твердо! – даже голос дрогнул от усердия. Спина Кологрива оказалась широкой для ног Орлика, однако отрок выпрямился в седле и крепко взялся за поводья. Исполнить клятву верхом на коне Витязя – кому из отроков выпадает совершить такое! – Так будет быстрее,– сказал воевода, проверяя подпругу.– Храни тебя Вышний! Кологрив оглянулся на хозяина и фыркнул, не понимая, почему Витязь не садится в седло. Человек погладил его по умной морде. – Так надо, братишка. Ты же у меня самый быстрый. Скачи! Ясно, что подмога не успеет, зато Орлик жив будет. Труднее было бы уговорить его не соваться в бой, а так он с поручением воеводы ускакал. Кологрив не бросит мальчишку, от любой напасти уведет и будет отроку верным конем. Витязь сменил повязки на ранах, надел чистую рубаху, кожаную безрукавку и подступил к своей броне, лежащей на огромной скрыне. Кузнецы умело заделали в ней бреши, заменили порубленные пластины и выровняли погнутый шлем. Больше волновали раны телесные: целебные мази помогали, но только на сутки и завтра поутру воевода будет не сильнее отрока, если раны во время брани раскроются. Тогда Ящер просто сметет его с пути и пройдет раскаленной иглой сквозь все миры, заражая их миазмами Тьмы. И вот он второй час стоит у Брамы, не смея отвлечься ни на еду, ни на питье. Солнце нагрело доспех, жаркое марево колеблет виднокрай, желтые камни Брамы горят золотом в лучах светила, и широкая зеленая степь раскинулась вокруг, а жаворонок в небе радуется жизни. Отогнать бы его: «Лети прочь, птаха малая! Бери гнездо свое и лети!» Да как же ему объяснить это! Тем человек от каждой твари и отличается, что в силах его противостоять Тьме, боронить мир от ее демонов. Потому-то он владыка здесь. НАШ МИР – НАШЕ ВРЕМЯ. ГОРА КРОКОДИЛ На востоке Бельбекские ворота. Рассекая горы, река убегает дальше к морю. В самом «хвосте» горы Юлька фотографирует «голову» одного из «сфинксов». Склон покрыт осыпью, и я постоянно стараюсь находиться рядом с ней: восторженное существо совсем не смотрит под ноги. Да зло превращается в камни, скалы, горы. Побежденное зло. Помнится, Сатана хотел скрыть от Творца часть земли, которую достал со дна Океяна. Но земля в его рту стала расти, и Нечистый выплюнул ее. Из этой похищенной тверди образовались горы и ущелья, скалы и утесы. Так рассказывали мне мои предки, а им рассказали их пращуры и так до древних славян, которые выдумали сам миф. Мы с Юлькой идем по гребню «хвоста». Здесь гора будто рассечена пополам: справа вертикальный обрыв, скалы и река. Из рассеченного камня всегда бьет источник – так заведено в сказках. Кто же рассек гору? ИНОЙ МИР – ИНОЕ ВРЕМЯ. БРАМА Небо вдруг погасло. Солнце превратилось в черный диск с кровавой короной лучей, песня жаворонка прервалась и безжизненный комочек рухнул в полегшую серую траву. Из Брамы потянуло смертным холодом. Дыхание человека обозначилось легким облачком и упало к ногам острыми иголочками инея. Рука привычно опустила забрало, тут же заработали системы доспеха, защищая воина от надвигающегося иномирья, способного смять, изуродовать незащищенного. Пространство, ограниченное стоящими плитами Брамы и перекрытием над ними, стало скручиваться в спираль, виднокрай смялся, земля и небо на его линии смешались в однообразную серую мглу. Черное зерно образовалось в центре спирали и стало расти, приобретая черты чего-то длинного угловатого, несущегося из глубины прямо на человека. – Стрижень!– позвал Витязь и позади него взвился в небо желтоклювый грифон. Воин поднял палицу, попробовал замахнуться, разминая суставы. Летящую из бездны тварь уже можно было рассмотреть: нечто черное, неописуемое человеческим языком, но осязаемое надвигающимся горем, тоскою, безысходностью, ужасом, вбивающим тебя в землю, раздавливающим тебя, будто червя на дороге, стирающим в пыль. Чудовище бросило взгляд на ожидающего человека, и пепельная стужа накрыла Витязя с головой. Однако за мгновение до того булава ударила в левую опору Брамы, раскрошив ее в песок. Желтый камень перекрытия обрушился на тварь, вминая ее в серый прах земли. В воздухе зазвучала дребезжащая струна и стихла где-то в вышине. Это лопнула перепона Брамы, проход в иные миры перестал существовать. Земля вокруг разрушенной Брамы разошлась жуткими широкими трещинами, края которых припорошило серым игольчатым инеем, но с чудовищным иномирцем не так то просто было справиться. Выходка человека только разозлила его. Вой успел быстро выхватить меч, как тут же осколок разбитой опоры полетел в него со скоростью пущенной стрелы. Витязь присел на левую ногу, прикрывшись клинком. Скреготнув по оружию, камень пролетел над человеком и упал в метрах пятидесяти где-то позади. Чудовищный Ящер встал на дыбы, желая всей массой обрушиться на противника, но меч Витязя сверкнул золотой солнечной искрой, яркий луч ужалил тварь в постоянно меняющуюся морду, и иномирец отпрянул. – Здесь Рубеж!– крикнул воевода. Ящер оглянулся на него через плечо. – Ру-бе-ж-ж-ж тво-ей жиз-з-ни,– прохрипел он. И от голоса его застонало пространство вокруг Брамы, и этот жалобный всхлип-вздох заставил Витязя невольно присесть, столько в нем было скорби и тоски. ИНОЙ МИР – ИНОЕ ВРЕМЯ. БРАМА Ящер ударил первым. Тут же изменил направление удара, поднырнул под клинок. И пошла круговерть боя… Тварь была в ярости: ее проявили в чужом мире, остановили на пол дороги и теперь ни вернуться, ни идти дальше – Брама лежит в руинах. – Слабый! Куда ты против меня!– плевался ядом Ящер. – Телесный! Что ты против тьмы!– визжал он, голосом кроша камни в пыль.– Ты – мертвец!– низким ором ревело чудовище, повергая в ужас. Витязь бился молча. Доспех надежно защищал его от нападок Черного, меч обвалок его светлыми играющими бликами и Ящеру ни как не удавалось пробить этот защитный кокон. Пространство вокруг бьющихся противников искажалось, превращая землю в прах и поднимая его грозными смерчами к серому небу, к мрачному солнцу, похожему на кровавую язву. Случилось то, чего так опасался Витязь: телесные раны дали о себе знать. Меч воеводы на секунду дрогнул, и черная лапа ударила в левое плечо. Человек пошатнулся, отступил, припав на одно колено. В следующее мгновение Ящер наступил на опущенный клинок, навис над раненным угловатой антрацитовой громадой. Скрежет и хрип задребезжал над полем боя – то смеялось чудовище, радуясь своей победе. Системы доспеха быстро восстанавливали бронь и обрабатывали рану, да только черный коготь иномирца не меч противника, здесь надо иное лекарство. Тяжело оперся Витязь на правую руку, приходя в себя от удара. Меч лежал в двух шагах, но не было сил дотянуться до него. От яда змеиного заныли, заболели все раны, полученные в прошлых славных битвах, и человек крепко сжал зубы, что бы не услышала тварь его стонов. Правая длань сжалась в кулак, загребая прах земли. – Слабый телесный мертвец, – зашипел Ящер.– Что теперь сделаешь? Чем теперь биться будешь? – Руками,– процедил сквозь зубы Витязь и бросил горсть земли в уродливое меняющееся рыло. Отпрянуло чудовище, встало на дыбы, попятилось, шипя и плюясь. – Стрижень!– крикнул Витязь. Бросился с небес на спину Ящеру грифон желтоклювый. Обернулся он в полете через голову и уже два грифона летят, выпрямив когтистые лапы к чудищу, обернулся еще раз и трое их с небес на Ящера падают. Собрал воевода все силы в кулак, ринулся вперед, подхватывая на ходу меч. Одним махом рассек гадину от ребер до хвоста. Взревело чудовище, сотрясая землю, хотело кинуться к врагу ненавистному, да тут грифоны с небес ударили: один придавил хвост Ящера, другой проломил спину, третий ударил меж лопаток, где пряталось черное сердце. Взревел Ящер от боли и рухнул наземь. Упала его страшная голова меж уцелевшими плитами Брамы, да так и застряла в них. НАШ МИР – НАШЕ ВРЕМЯ. ЗАПАДНЫЙ СКЛОН ГОРЫ КРОКОДИЛ Говорят это «голова» Крокодила, а по мне она довольно странная. Будто чудовище хотело пролезть сквозь щель между двумя скалами. Только рыло и просунуло, а дальше застряло. Я беру компас и сверяюсь с прорезью между скал. Здесь свободно проходит человек, но не на одну сторону света этот визир не указывает. Жаль! Место довольно уж красивое, сакральное, можно сказать. – Не получилось?– спрашивает Юлька, с любопытством глядя на компас. – Немного не хватает до западного направления,– отвечаю я. Хотя, впрочем… Я медленно перемещаюсь вправо, щель между скалами сужается, стрелка постепенно отклоняется строго на север и когда между камнями остается просвет в ладонь шириной, получается строгая ориентация на запад. В каменном визире видны золотые верхушки тополей, а за ними ровный пологий склон горы. Мы с Юлькой переглянулись: получилось! Она порывисто обнимает меня за шею и целует в щеки. Заходящее солнце в дни весеннего и осеннего равноденствий бросает сквозь эту каменную щель свой последний луч засыпающей земле, так что здесь вполне мог быть природный солнечный храм древних людей. Моя усталая спутница прижимается ко мне и я обнимаю ее за плечи. Большая серая цапля грациозно пролетает над прозрачным потоком Бельбека. – А что там дальше?– спрашивает Юля, указывая вдоль дороги на юг. – Дальше Узень-Тарла – гора сфинксов. – Таких как здесь? – Похожих нет нигде. Просто здесь их трое, а на Узень-Тарла около семнадцати. – Ого! Мы обязательно туда доберемся! – Еще бы!– смеюсь я. – А еще дальше? – Дальше дорога идет между Элли-Бурун – Ветряной Нос – и Чардаклы-Баир – Столбовая гора. Они, как ворота, ведущие к Мангупу – стражу здешних земель. – Мангуп – Разгромленная Крепость? – Да. Победители все могучие крепости называют разгромленными и турки ничего лучшего не могли придумать. Странно: Мангуп напоминает мне отпечаток человеческой руки. Будто кто-то огромный зачерпнул пригоршню земли: видно четыре пальца, а след большого не отпечатался. И поднялась из этого оттиска на многие тысячелетия гора-крепость, хранящая ворота между горой Ветряной Нос и Столбовой горой. Вся земля здесь будто рубеж, рубеж между мирами. Загадочное необычное место, как модно говорить сейчас – сакральное – и имя должно быть у него тайное, неизвестное непосвященным. Победители еще называли эту гору Баба-Даг – Отцовская гора. Они будто почувствовали её значимость, но каково истинное имя – вот загадка! – Аргода,– срывается с губ само собой. – Что? Как ты сказал?– Юлька внимательно смотрит на меня, прислушиваясь к произнесенному звуку. Она еще не уловила названия, но что-то захватывающее необычное взволновало её, коснулось струн восторженной души. – Аргода – Порубежье Миров,– в слух произношу я уверенный в своих словах. Немного усталые серые глаза улыбаются мне,и в них отражается счастье. |
© Copyright. All rights reserved. © Все права защищены. © Все права на произведения принадлежат их авторам. Информация на сайте выложена только для ознакомления. Любое использование информации с коммерческими целями запрещено. При копировании ссылка на сайт www.fantclubcrimea.info обязательна. |